Любой банкир по своей природе существо ленивое и консервативное. Да, в принципе, и не должен быть другим. Он сидит на деле, которому уже сотни лет, и которое так вот запросто не поменяется в одночасье.

Новые технологии? Новые рынки? Новые методы работы?

А зачем, спрашивается? Ведь и так все работает прекрасно.

Нет-нет, банкир вовсе не против нового и передового. Он даже «за». Обеими руками «за». Но новое и передовое в глазах банкира имеет смысл лишь тогда, когда оно не затрагивает сути «старого и проверенного». Гонять информацию с цифровой подписью по защищенным каналам, вместо того, чтобы гонять туда-сюда фельдегерей − милое дело. И быстро и дешево. Но лишь при условии, что сама информация, которую гоняют, при этом не меняется. Какая была сто лет назад, ровно такая же и теперь.

Но и здесь банкир не виноват. Просто вся структура экономики развивалась в течение столетий именно вокруг банковской инфраструктуры и так тесно переплелась с ней, что порой нельзя определить, где начинается одно и заканчивается другое. Банкир может и рад бы что-то поменять в своем банковском хозяйстве, так ведь для этого и экономику в целом придется менять. А это, господа, уже подвиг. А требовать от людей, чтобы они совершили подвиг − ну вы понимаете, глупость. Подвиг потому и является подвигом, что совершается по внутренним побуждениям, а не по приказу.

Поэтому подвиги в экономической сфере совершаются не банкирами, а наглым и нахрапистыми предпринимателями, которые ни скованы никаким столетними условностями, а зачастую и вообще никакими «условностями» не скованы.

Жизнь общества меняется, господа, и экономика тоже меняется. На рынке то и дело появляются новые ниши, а то и даже целые новые рынки появляются. На которых орудут не банкиры, а те самые, наглые да нахрапистые… И это «новое» не укладывается в существующие рамки, и пока денег там особых нет, то банкирам  нет никакого дела до этого.

Но только на первых порах. Как только обороты на этих новых рынках достигают таких величин, что их нельзя не заметить, банкиры их само собой разумеется, замечают. Сначала обороты замечают, а потом и сами рынки. И с удивлением ахают, что кто-то посторонний орудует там, где они сами охотно бы поорудовали. И начинают возмущаться:

− Эй, вы! Чем вы там занимаетесь? Финансами? А что это там у вас в руках? Деньги? Д-е-н-ь-г-и!!! А разве вы не знаете, что деньгами должны заниматься не вы, а банки. У ну-ка, давайте-ка, давайте отсюда,! Кыш! Как это не уйдете? Как это деньги не отдадите? Милиция! Прокуратура! Государство! Караул! Грабят! На помощь! Самозванцы! Мошенники!

Вот примерно так же и произошло в России с тем, что называют странными словами «рынок моментальных платежей».

Ну-ка, вспомните, когда в последний раз вы платили за свой мобильных телефон по сбербанковской квитанции, отстояв получасовую очередь в сберкассу? Не помните? Я вот тоже что-то не припомню. Мы вообще не «платим», мы «закидываем деньги» на телефон. Я закидываю в основном через электронные платежные системы, мой сынок заходит в ближайший супермаркет и закидывает через тамошнюю кассу, мама закидывает через карты оплаты или через терминал, стоящий в ближайшем магазине… Все «закидывают» и всё мимо банков. И все это было нормально, пока рынок оплаты мобильников был маленьким и незаметным.

Когда через него пошли миллиарды долларов, банки встрепенулись и вспомнили о том, что существует закон о «банках и банковской деятельности», который запрещает заниматься приемом платежей в пользу третьих лиц, кому бы то ни было, кроме банков. И стали бить в набат на всех государственных уровнях с требованием навести порядок.

«Порядок» оказалось навести не так просто. Поскольку «Закон о банках и банковской деятельности» − не единственный закон в России, а деятельность многочисленных контор по приему платежей прекрасно вписывалась в схемы разрешенные другими законами. Например, в агентскую схему, которая описана в Гражданском Кодексе, а Гражданский Кодекс − главнее закона о банках и банковской деятельности.

И начались многоэтажные дискуссии о том, как и каким образом понимать то или иное выражение из того или иного закона, как толковать тот или иной термин. Каждый, толковал так, что был прав именно он, а все остальные были неправы. И продолжалось бы это бесконечно, если бы сам президент не погрозил пальчиком. И не приказал бы максимально «приблизить финансовые услуги к населению».

Все стали напряженно думать, что бы это значило и по здравому размышлению выходило, что выполнить указание президента можно только одним способом − не отдавать банкам то, что они требуют. Просто, исходя из здравого смысла, − ну не интересно банку ставить платежный терминал в деревне Гадюкино с пятидесятью жителями, а вот какому-нибудь местному «предпринимателю» − очень даже интересно.

И приняла Госдума историческую поправку к «Закону о банках и банковской деятельности», которая разрешила принимать платежи не банковским организациям, пусть с ограничениями, но разрешила.

И чем вы думаете все это кончилось? Правильно думаете!

В России принять закон мало, надо его еще и «истолковать».

И появилось на свет два официальных «Толкования», одно от Банка России, а другое от Министерства связи (ведь именно к нему относятся почти все получатели моментальных платежей). Одно Толкование говорит, что поправка ничего не меняет, что как нельзя было раньше, так и теперь нельзя. Другое Толкование говорит о том, что поправка все меняет и хотя и раньше было можно, но теперь совсем-совсем можно.

Теперь на рынке, прежде чем пожать кому-то руку принято спрашивать: «А ты за кого? За Банк России или за Минсвязи?»

Вчера меня пригласили в дом журналистов на круглый стол под занимательным названием «Ждет ли нас кризис моментальных платежей». Круглый стол оказался таким же занимательным, как и его название.

На круглом столе я с удивлением узнал, что оказывается в России большинство терминалов приема платежей − нелегальны, и принадлежат криминальным структурам, которые занимаются исключительно отмывкой денег, проходящих через эти терминалы. Что если не принять срочных мер, то население окажется обманутым владельцами этих терминалов, как оказалось в свое время обманутым МММ.

Вообще-то я давно замечаю, что три буквы МММ обладают в России замечательным доказательным свойством. Достаточно сказать − «Это то же самое, что МММ», и уже больше никаких аргументов не требуется.

Тем не менее, несмотря на столь серьезную аргументацию, я поинтересовался у ораторов: «А какие именно терминалы следует считать нелегальными и криминальными». Ответ был ожидаемым − все те, что принадлежат не банкам, а простым коммерческим структурам.

Тогда я поинтересовался, а в чем именно состоит криминал, ведь если следовать букве закона (да и духу тоже), то речь идет о вполне легальных (а зачастую и вполне уважаемых) юридических лицах, занимающихся своей уставной деятельностью, которая не запрещена законом.

Ответ был вполне аргументированным. В терминалах огромное количество наличных, которые легко скрыть от учета и не платить с них налогов. А раз легко скрыть, то не может быть, чтобы не скрывали.

Я согласился, что соблазн действительно велик, но поинтересовался, каким образом наличие банковской лицензии у владельца терминала сможет уменьшить этот соблазн. Ведь не секрет, что криминальной обналичкой денег в нашей стране занимаются исключительно банки (у других просто нет такой возможности).

Тут в дискуссию вступили представители сотовых операторов, которые поведали о том, что статистика «недоразумений» при приеме денег через терминалы единицы на миллионы, а через банки уже «на тысячи». Сразу вспомнилось, что московские суды завалены исками к банкам, а вот иски к терминальным сетям почему-то практически отсутствуют.

Присутствующие юристы тоже вступили в дискуссию, и все участники круглого стола стали с жаром обсуждать, каким образом надо толковать ту или иную статью закона и что именно следует понимать под тем или иным юридическим термином. Наверное до сих пор обсуждали бы, если бы одна дама-журналистка осторожно не поинтересовалась,  а не мешает ли участникам круглого стола присутствие журналистов.

Короче говоря, круглый стол получился интересным и показательным. Я бы даже сказал «веселым», если бы мне почему-то не было грустно.

Кстати, вы не знаете, почему?

(Всего прочитано 12 раз, из них 1 посещений сегодня)
0