Я не знаю, кто запустил в оборот крылатое выражение «Большой Буржуинский Секрет». Но оно мне очень нравится. В детстве меня и в детском садике и в школе пичкали гайдаровской сказкой «О военной тайне, о Мальчише-Кибальчише, и его твердом слове». Я так тогда и не понял, в чем именно заключалась эта великая тайна, за которую буржуины замучили Мальчиша-Кибальчиша. Взрослые много раз пытались мне это объяснить, но все как-то неубедительно, видно сами не понимали. А со временем я и вообще стал сомневаться: а есть ли она в природе эта самая «военная тайна».

Меж тем жизнь все нагляднее демонстрировала другое. Если военная тайна большевиков год от году становилась все призрачнее, то вот наличие у буржуинов некоего вполне реального, своего «большого секрета», становилось все более явственным. Чем дело кончилось известно всем. ББС, то есть «Большой Буржуинский Секрет» победил большевицкую «военную тайну». Но при этом так и остался секретом. В том смысле, что и сейчас, после его победы, мало кто знает, в чем он заключается.

Я тоже не знаю. Знал бы, так бы вы меня тут и видели!

Но вот о маленьком кусочке этого секрета, о тот каким образом платежные системы зарабатывают свои деньги мне кое-что ведомо.

Я уж и так и эдак намекал, и про «агентские системы» писал, и о неведомо куда исчезающих и неведомо откуда появляющихся деньгах писал, и графики красивые рисовал, но видно мой талант оказался недостаточным, чтобы намеки стали понятны окружающим. А потому буду говорить прямо.

На прошлую мою колонку об одном проценте жадности неведомый мне аноним оставил дельное замечание. Вернее высказал сомнение: «Я не специалист, но сомневаюсь, чтобы каждый взнос в систему проходил так много транзакций. Их должно быть не десять, а всего только три-четыре. Ввел деньги, перевел, вывел. Ну, может между этими операциями еще только пара платежей».

А действительно, кто-нибудь задумывался над этим? Сколько транзакций в платежной системе проходит денежка в промежутке между вводом и выводом из системы?

Если вам покажется что это не важно, вы не правы, на самом деле ничего важнее этого нет.

Если вам покажется, что это невозможно отследить, то вы опять-таки не правы. Можно. Хотя бы на самом примитивном уровне.

Вот, например, на прошлой неделе один издатель перевел мне гонорары через WebMoney. Поскольку это были рубли, я  поменял их на бирже на доллары и рассчитался ими с программистом, который делал для меня одну работу.

Итак — четыре транзакции. От издателя ко мне, от меня на биржу, с биржи ко мне, и от меня программисту. К ним можно смело прибавить еще две: одну транзакцию, когда издатель получил эти WM на свой кошелек и еще одну, когда программист куда-то эти WM со своего кошелька переправит. Итого — шесть. Ни до того, ни после этого, я путь WM отследить не берусь, и буду считать, что издатель ввел их в систему, а программист вывел. Так что на шести транзакциях и остановимся.

Что же выходит, я наврал, когда в прошлой колонке писал как минимум о десяти?

Не факт.

Что такое «ввести деньги в систему» или «вывести из системы»? В отношении WebMoney это, скорее всего, означает «поменять в обменнике». Когда же вы «выводите» электронные деньги через обменник, они на самом деле никуда из системы не деваются. Обменник покупает их у вас за наличные и перепродает кому-то за те же наличные, но сами WM как были в системе, так и остаются, только меняют хозяина.

Ну-ка, положа руку на сердце, много ли вы знаете способов по-настоящему вывести WM из системы, то есть вернуть их самой WebMoney и получить от нее живые деньги. На самом деле есть только один способ сделать это, — скинуть WM на свой банковский счет, но им пользуются очень редко, разве что когда надо провести WM через бухгалтерию.

Все другие способы «вывода» на самом деле ничего из системы не выводят. Вот и получается, что на практике электронные единицы обращаются в системе чуть ли не бесконечно. А теперь гляньте на график, который я приводил в прошлой колонке. Что произойдет с денежной единицей, ну скажем, через пятьсот транзакций?

Правильно!

Сколь бы малые комиссионные проценты система не установила бы, но уж через пятьсот транзакций любая денежка мало по малу, по чуть-чуть, да перейдет в конце концов в собственность платежной системы практически полностью! Вращается в системе десять миллионов — система обогатится на десять миллионов. Вращается пятьсот — система обогатится на пятьсот.

Ну что! Будем кричать: «Караул! Пирамида!»?

Нет, не будем!

Потому что если это — пирамида, то и вся мировая экономика — тоже.

Какое соотношение наличных и безналичных денег в мировой экономике? Даже в России, где на руках у населения по разным оценкам от тридцати до шестидесяти миллиардов баксов наличными, в банках этих баксов лежит на порядок больше. Я уж не говорю про Штаты, где в некоторых районах на попытку расплатиться наличными в супермаркете смотрят чуть ли не как на криминал. Вот так и вращаются в мире в безналичные деньги, теряя по пути то тут полпроцента комиссионных, то там десяток. И проходят тысячи транзакций, ни разу не обналичившись. И точно так же, по маленьким кусочкам переходят в собственность банков и прочих финансовых контор, пока не перейдут целиком. Но самих денег при этом меньше не становится. Потому что банк, взяв свои честные два процента с вашей обналички через банкомат, не закапывает их в землю в виде клада, а тут же отдает вам в виде кредита. Или процента по кредиту. Или еще как-то. И денежка снова начинает свой путь, повторно теряя крохи комиссионных на своем пути. И так много-много раз.

«Правильная» платежная система работает по сходной схеме. Взяв свои крохи с транзакции, система не спешит положить их в свой карман, а тут же снова запускает их в оборот, продав, к примеру, их вам за наличные при «вводе денег», или рассчитавшись ими за услугу или товар.

И вращаются деньги в платежной системе бесконечно, цикл за циклом. И снимает система с каждой денежки почти по сто процентов ее стоимости, и делает это не раз и не два, а много-много раз. Каждый раз возвращая взятое в оборот. Получается на редкость стабильная саморегулирующаяся система, в которой даже без внешнего притока денег, их количество не уменьшается. А ведь «приток» всегда имеет место…

Вот так работает «правильная» платежная система. И именно в этом заключается непрошибаемая надежность таких систем. Когда кто-то высказывает беспокойство на тему «а вдруг они смоются с нашими деньгами», я только пожимаю плечами. За всю историю существования подобных систем, а существуют они столетия (только раньше конечно не в электронной форме) не было ни разу, чтобы кто-то смылся.

Надо быть круглым идиотом, чтобы смыться ради 100%, когда совершенно спокойно и безо всякой головной боли, можно снимать эти 100% раз за разом. До бесконечности. Да еще так, чтобы все кругом оставались по уши довольны.

Теперь вы поняли, почему я так настороженно отношусь к «агентской схеме» построения электронных денег? Если в классической системе задача состоит в том, чтобы как можно дольше удерживать деньги внутри системы, то сам принцип «агентской системы» подразумевает обязательство вывести деньги из системы как можно скорее. Ведь именно в этом и заключается «агентирование». Если в классической системе доход идет не за счет величины комиссионного процента, а за счет многократного, почти бесконечного взимания этого процента, то агентский принцип — наоборот, подразумевает необходимость разумного ограничения количества транзакций внутри системы. Бесконечно взимать комиссионные с денег, взятых на агентирование — это прямой путь к невозможности выполнить свои обязательства.

Увеличить свой доход агентская система может, только поднимая величину процента за транзакцию, а это чревато нестабильностью, причем нестабильностью, которую нельзя проконтролировать. Стоит только потоку комиссионных превысить поток внешних поступлений — система оказывается под угрозой невозможности выполнения своих «агентских» обязательств.

Агентская система всегда балансирует на грани между доходностью и стабильностью, и требует постоянного вмешательства в процесс, хотя бы на уровне корректировки «комиссионных процентов». Именно по этой причине агентские системы постоянно меняют свои комиссионные проценты и никогда не указывают их в пользовательских соглашениях.

Впрочем, я не ставлю цели ругать «агентский принцип». В условиях нашей экономики, где до сих пор все завязано на «короткие деньги», он вполне оправдан и соответствует духу времени.

Но при этом все-таки не вполне укладывается в ББС. Из чего можно сделать вывод о том, что мы все еще пока только находимся на пути в Буржуинию.

* Мнение Редакции MoneyNews может не совпадать с мнением авторов оригинальных материалов.

(Всего прочитано 11 раз, из них 1 посещений сегодня)
0