Откуда появляются деньги? Этот вопрос можно понять по-разному и, в зависимости от того, как вы его поняли, ответить, например, что деньги «выпускаются государством», или, что деньги «зарабатываются» или «добываются нечестным путем».

Так ответит большинство. И будет не право.

Только ничтожная часть человечества ответит на это  вопрос одним словом — «ниоткуда». И это будет правильный ответ.

Когда вы «зарабатываете» деньги, когда «добываете» их или когда «выпускаете», вы всего лишь перекладываете деньги из одного кармана в другой. А для того, чтобы вы могли их переложить, они сначала должны появиться.

Откуда?

А — ниоткуда!

Когда мы с утра слышим по телевизору, что индекс какого-нибудь Джона Доу поднялся на энное количество пунктов, мало кто из широкой публики задумывается над тем, что бы это значило. А значит это следующее: вчера на бирже вертелось сто миллиардов, а сегодня уже сто пять. Откуда взялись лишние пять? Ниоткуда! Просто индекс поднялся, они и появились на свет сами собой.

Впрочем, если завтра этот самый индекс упадет, то деньги точно также исчезнут «в никуда».

Такая вот мистическая штука, господа, эти деньги: и возникают ниоткуда и пропадают никуда.

При этом, само собой разумеется, появившиеся деньги возникают не «где-то», а в чьем-то конкретном кармане. И точно так же исчезнувшие деньги исчезают не откуда-то, а тоже из чьего-то кармана. Но если вы думаете, что это один и тот же карман, вы глубоко ошибаетесь. Открою вам страшную тайну. Появляются деньги, по большей части, в одних карманах, а вот исчезают совсем из других.

От чего это зависит? Исключительно от того, насколько владелец кармана понимает механизм появления денег на свет и механизм их исчезновения. Если на вопрос, заданный мною в начале статьи, вы ответили, что деньги «выпускаются», «зарабатываются», «добываются», вы относитесь к тем — извините меня за прямоту — из чьего кармана деньги исчезают.

Впрочем, вы не виноваты, так нас в школе учили.

Нас учили доказывать теорему Пифагора и интегрировать, но не объяснили, к примеру, что такое сложные проценты. Лично я узнал о них не из школьного учебника, а из книги Перельмана «Живая Арифметика».

Собственно, именно эти пресловутые «сложные проценты» и подвигли меня на написание этой статьи. После публикации моей прошлой колонки, где я написал, что десять процентов в неделю — это будет 12900 процентов годовых, многие мои знакомые указывали мне на «арифметическую ошибку». В году, дескать, пятьдесят две недели, десять умножить на пятьдесят две — будет 520 процентов — простая арифметика. Ну что я мог сказать: учите матчасть, наберите в GOOGLE слова «сложные проценты» и посмотрите?

А вот, кстати, вопрос на засыпку: полпроцента это много или мало?

Тоже, кстати, тест на «понимание денег». Если вы скажете, что это мало, или спросите от какой суммы считать полпроцента — вы опять-таки относитесь к тем, у кого деньги исчезают из кармана. Тот, в чьем кармане деньги появляются, спросит: «А за какой срок эти полпроцента?». Он знает, что итоговая сумма зависит не столько от величины процента, сколько от «срока». Первая зависимость — линейная, вторая — экспоненциальная.

Впрочем, я отвлекся.

Огромное количество платежных систем, возникающее в последнее время в невероятном количестве, заставило меня выработать упрощенный подход к оценке их перспективы. До сих пор этот подход меня не подводил, и я готов поделиться им с вами.

Чтобы предсказать дальнейшую судьбу вновь возникшей платежной системы, достаточно понять, к какому типу людей относятся ее создатели: к тем, в чьем кармане появляются деньги или к тем, из чьего кармана они исчезают.

Сделать это очень просто. Посмотрите, какой процент своей выгоды система заложила на каждую транзакцию.

Тут, понимаете ли, есть такая тонкость. Когда вы осуществляете какую-то одноразовую сделку, например, меняете одну валюту на другую, то здесь все понятно, сняли свой процент, и вот она — ваша выгода.

А вот в платежной системе деньги могут оборачиваться неоднократно. Да и на самом деле оборачиваются не раз и не два, а существенно больше. И, обратите внимание, процент снимается с каждой транзакции. При этом он каждый раз снимается не с изначальной, а с оставшейся суммы, то есть, тут те самые сложные проценты, но наоборот. Та же экспонента.

А теперь — суть. Если владелец платежной системы думает, что, подняв процент с транзакций, он тем самым увеличит свой доход, он не «понимает» денег. Он его уменьшит.

Гляньте на диаграммку, господа. По вертикали — проценты от денег, внесенных в платежную систему, по горизонтали — количество транзакций. И три графика, показывающие, как падает денежная масса в системе, по мере обращения денег, если их не добавлять. Сверху — почти прямая линия, снизу — экспонента. А ведь разница между этими линиями всего в полпроцента.

Полпроцента, господа, задумайтесь над этим!

Увеличьте свой интерес всего на полпроцента, и вы окажетесь на желтой линии и уже через десять транзакций потеряете почти двадцать процентов денежной массы. И ее надо будет восполнять.

Да, да, я знаю, что вы мне скажете: я не потерял эти деньги, я положил их к себе в карман. Так позвольте спросить вас, а куда потом эти деньги из вашего кармана денутся-то?

Оставь вы их в системе, к ним добавились бы другие, вновь внесенные деньги, общая денежная масса росла бы. А с ней бы рос и ваш доход…

Гляньте на владельца синей линии. Что-то мне подсказывает, что общая масса денежек в его системе будет расти и в скором времени вырастет до такой степени, что его «маленькие проценты» будут в абсолютном выражении куда как больше «больших процентов» желтой линии. Хотя вся разница-то между «большими» и «маленькими» — это только один процент.

Всего один процент, господа!

Один процент жадности — это порой очень много.

На этом заканчиваю. Конкретных цифр, соответствующих цветам линий, не указываю, дабы не плодить ассоциаций с конкретными системами. Эксель ныне есть у всех. Будет любопытно — сами посчитаете.

* Мнение Редакции MoneyNews может не совпадать с мнением авторов оригинальных материалов.

(Всего прочитано 24 раз, из них 1 посещений сегодня)
0