Дмитрий Родин (Д.Р.): Зачем Quickpay решила писать письмо президенту? Насколько эффективна эта мера, если говорить о действительном влиянии на законодателей, без учета PR-целей этой акции?

Александр Шульженко (А.Ш.): Лучше пробовать что-то изменить, чем сидеть сложа руки и ничего не делать. У нас в стране только единицы стараются вести диалог с властью, доводить до ее сведения свою точку зрения. Да, это не просто, но мы придерживаемся активной позиции и предпочитаем надеяться на себя. Насколько будет эффективна эта мера, покажет время. Но мы будем отстаивать занятую нами позицию и интересы наших агентов до конца.

Д.Р.: Почему, на ваш взгляд, обсуждаемый законопроект содержит сразу несколько положений, не устраивающих Quickpay? Это следствие давления заинтересованных сторон, общей неграмотности законодателей, что-то еще?

А.Ш.: В первую очередь, положения законопроекта не устраивают платежных агентов, которые представляют малый и средний бизнес. Платежная система Quickpay в данном случае выражает их мнение. Почему так? Прежде всего, потому, что при разработке закона не были учтены мнения непосредственных участников рынка – платежных агентов. А платежные агенты – это порядка 10 тыс. предпринимателей и малых предприятий. Законодатели тоже люди, и им, как и всем, свойственно ошибаться. Важно вовремя исправлять допущенные ошибки и не стесняться признавать их.

Д.Р.: Почему проблема поддержки малого и среднего бизнеса в отрасли так беспокоят вашу компанию, и кто еще из участников рынка поддерживает ваши предложения?

А.Ш.: Платежные агенты – партнеры нашей компании, а они как раз и являются представителями малого и среднего бизнеса. И выступать в их поддержку — в наших интересах, т.к. на отношениях с нашими партнерами держится бизнес. По нашим данным, мнение, которое мы хотим донести до власти, поддерживают около 90% участников рынка, платежных агентов, а также ряд компаний, подобных нашей.

Лейтмотив нашего послания — не столько поддержка малого и среднего бизнеса, сколько просьба не мешать ему. В то время как многие компании в период кризиса просят денег, мы просим просто не мешать работать. Зачем уничтожать реально работающий сектор? Тем более что в условиях финансового кризиса эффективных секторов экономики  будет становиться все меньше.

Д.Р.: В письме вы говорите о возможной монополизации рынка в случае принятия закона в нынешнем виде. Почему этот процесс нельзя назвать консолидацией сильных игроков с избавлением от слабых и неконкурентоспособных? Почему вы видите в этом только негативные моменты?

А.Ш.: Избавление от слабых и неконкурентоспособных происходит благодаря конкуренции. Когда игроки укрупняются естественным путем – это консолидация. А вот когда благодаря административному вмешательству одни игроки получают преимущество над другими и даже устраняют конкурентов с рынка – это монополизация. К тому же, кто сказал, что мелкий игрок менее конкурентоспособен? Он более мобилен, готов к переменам. Мелкие предприниматели могут отлично конкурировать с крупными игроками. Притом, что в структуре рынка приема платежей многие предприниматели владеют терминалами в количестве от 1 до 20 штук.

Рынок, состоящий из множества мелких игроков, значительно устойчивее, чем тот, который  контролируется монополией или олигополией. И если говорить об интересах плательщиков, которые защищаются этим законом, то потребителям гораздо лучше, когда рынок конкурентный — это способствует тому, что цены на услуги держатся на более приемлемом уровне, и росту качества этих услуг. Рынок всегда сам избавляется от слабых. В данном же случае на развитие рынка пытаются повлиять искусственно.

Д.Р.: Вместо упоминаемого в законопроекте оснащения терминалов контрольно-кассовой техникой вы предлагаете организовать контроль самих платежных систем. Как он мог бы осуществляться в идеальном случае — чтобы соответствовать потребностям всех участников рынка, государства и потребителей?

А.Ш.: Сегодня в мире существуют альтернативы фискальным регистраторам. А учитывая, что бизнес платежных систем технологичен, нужно использовать современные технологии. Зачем возвращаться на ступень ниже?

Решить задачу контроля платежных систем достаточно просто. Взять в качестве примера работу банков и их отчетность перед Центробанком. В банках нет фискальных регистраторов. Их функцию выполняет специальная банковская система, которая ведет учет всех финансовых операций и оборота финансовых средств. Предварительно эта система проходит государственную регистрацию на соответствие с установленными критериями. Вся информация надежно хранится в системе и позволяет легко осуществлять контроль над движением средств в банках.

Подобную систему контроля можно использовать и в случае с платежными системами. Более того, потенциально такая возможность существует и в нашем законодательстве — ее только нужно использовать, разработав соответствующие подзаконные акты  к закону о контрольно-кассовой технике.

А примеры тому уже есть в других странах. Взять хотя бы ближайшего нашего соседа — Казахстана. Там законодательством утверждены критерии платежных компьютерных систем контроля, согласно которым и происходит регистрация таких систем.  

Д.Р.: В отношении финансовых гарантий — вы также предлагаете сохранить их исключительно за платежными системами, введя дополнительные требования к их работе. Как все это отразится на деятельности платежных систем, и как они отнесутся к подобным предложениям?

А.Ш.: Платежным системам придется сертифицировать свой процессинг, контролировать агентов и страховать ответственность. Это повысит издержки платежных систем, но повлияет на стоимость услуг не так сильно, и для плательщика будет не так обременительна ответственность агентов в том виде, в каком она предусмотрена законом.

Радоваться финансовым обременениям никто не будет. Но имея продуманную систему страхования и руководствуясь целью защитить потребителей, платежные системы будут следовать закону. Наша система готова взять на себя обязательства по выполнению финансовых гарантий своим плательщикам.

Д.Р.: Насколько серьезны ваши намерения повлиять на решения по данному законопроекту? Получив официальный ответ на свое письмо, будете ли вы предпринимать еще какие-либо действия в этом направлении?

А.Ш.: Посмотрим, как будут учтены наши предложения. В любом случае, обратная связь с властью необходима, в первую очередь, для самих участников рынка. Это наша первая попытка установить диалог с властью. Все только начинается, и публичная активность и поддержка СМИ в этом деле очень важны для положительного результата.

Д.Р.: Устроил ли вас ответ на письмо, полученный из Минфина? Не считаете его похожим на вежливую «отписку»?

А.Ш.: Учитывая специфику властных структур, честно говоря, на однозначный утвердительный ответ мы не рассчитывали. Работа с государственным аппаратом — процесс сложный и длительный. Предложения о внесении изменений в законопроекты рассматриваются множеством чиновников. Опубликует уважаемый портал MoneyNews проблемный материал — быть может, кому-то в госаппарате будут более понятны последствия  вступления в силу законопроекта в том виде, в котором он есть сейчас. И в законопроект будут внесены изменения. Вместе мы можем повлиять на ситуацию.

Д.Р.: Какова ваша позиция по положениям законопроекта, не затронутым в письме президенту?

А.Ш.: Остальные положения не вызывают у нас  возражений.

Д.Р.: По вашим прогнозам, будут ли все-таки учтены ваши замечания полностью или частично?

А.Ш.: Мы верим в то, что у нас адекватная власть, и интересы бизнеса ей не безразличны, поскольку роль бизнеса для экономики и общества сложно переоценить.

(Всего прочитано 20 раз, из них 1 посещений сегодня)
0