Закон определяет национальную платежную систему как совокупность субъектов  национальной платежной системы, к которым относятся: операторы по   переводу  денежных  средств  (включая  операторов  электронных денежных   средств),  банковские  платежные  агенты  (субагенты), платежные  агенты,  организации  федеральной  почтовой  связи  при оказании  ими  платежных  услуг,  операторы  платежных  систем,  операторы услуг  платежной  инфраструктуры. 

Электронные денежные средства (ЭДС) Закон определяет как «денежные средства, которые предварительно предоставлены одним лицом (лицом, предоставившим денежные средства) другому лицу, учитывающему информацию о размере предоставленных денежных средств без открытия банковского счета (обязанному лицу), для исполнения денежных обязательств лица, предоставившего денежные средства, перед третьими лицами и в отношении которых лицо, предоставившее денежные средства, имеет право передавать распоряжения исключительно с использованием электронных средств платежа». При этом не являются ЭДС денежные средства, полученные организациями, осуществляющими профессиональную деятельность на рынке ценных бумаг, клиринговую деятельность и (или) деятельность по управлению инвестиционными фондами, паевыми инвестиционными фондами и негосударственными пенсионными фондами и осуществляющими учет информации о размере предоставленных денежных средств без открытия банковского счета в соответствии с законодательством, регулирующим деятельность указанных организаций.

Закон вводит понятие «участников платежной системы», относя к ним  операторов по переводу денежных средств (включая операторов ЭДС), профучастников рынка ценных бумаг, участников организованных торгов и (или) клиринга, страховщиков, осуществляющих  обязательное страхование гражданской ответственности, органы Федерального казначейства, организации федеральной почтовой связи, а также участниками ПС могут быть международные финансовые организации, иностранные центральные (национальные) банки, иностранные банки.

В процессе принятия Закона в СМИ были не совсем корректно истолкованы его положения, якобы вынуждавшие работающие на территории РФ международные карточные платежные системы, международные системы денежных переводов и российские «дочки» инобанков немедленно приступить к постройке собственных процессинговых центров на территории России или покинуть ее. Это было бы малореалистично, ведь многие подобные компании содержат один процессинговый центр для всей своей глобальной деятельности. В окончательном варианте здравый смысл, похоже, взял верх.

Давайте сравним прошлую и нынешнюю редакции ч. 8 ст. 17 Закона. Было: «Операционный центр не вправе передавать информацию по переводам денежных средств, осуществляемым в рамках платежной системы между операторами по переводу денежных средств, находящихся на территории Российской Федерации, на территорию иностранного государства или предоставлять доступ к ней с территории иностранного государства, за исключением случаев осуществления трансграничного перевода денежных средств». Стало: «Оператор платежной системы в случаях и порядке, предусмотренных правилами платежной системы, вправе привлекать операционный центр, находящийся за пределами Российской Федерации, для оказания операционных услуг участникам платежной системы. В указанном случае оператор платежной системы несет ответственность за надлежащее оказание операционных услуг участникам платежной системы».

При этом законодатель отказался от понятия трансграничной платежной системы, однако вместо этого определил необходимые условия участия операторов по переводу денежных средств в платежной системе, в рамках которой осуществляется перевод денежных средств на территории РФ (ч.12 ст. 21 ФЗ). Если вкратце, то операционный  центр является единственным из трех элементов платежной  инфраструктуры (операционный центр, платежный клиринговый центр и расчетный центр), который в соответствии с нормами Закона может быть размещен за пределами РФ, правда, положения утверждающей такой порядок ч. 11 ст. 16 ФЗ в части привлечения операционного центра и (или) платежного клирингового центра применяются с трехлетней отсрочкой. Кроме того, счет гарантийного фонда платежной системы может быть открыт только в Банке России, ВЭБе,  в банке — участнике ССВ или в НКО.

Организация, желающая стать оператором платежной системы, должна, согласно ч. 7 — 12 ст. 15 Закона, направить в Банк России регистрационное заявление, приложив к нему решение органа управления кредитной организации об организации ПС, подробный двухлетний бизнес-план развития ПС, правила платежной системы и перечень привлекаемых операторов услуг платежной инфраструктуры.

Некредитные организации дополнительно прилагают: учредительные документы, письменное согласие кредитной организации стать расчетным центром ПС (или соответствующий договор с ней), документы, содержащие сведения о размере чистых активов организации, с приложением форм бухгалтерской отчетности (согласно ч. 9 ст. 15, претендент — некредитная организация должен обладать чистыми активами в размере не менее 10 млн. руб.), а также документы, подтверждающие соблюдение квалификационных требований к руководителю и главному бухгалтеру такой организации.

В 30-дневный срок Банк России принимает решение о регистрации заявителя в качестве оператора ПС или об отказе в регистрации. В случае принятия решения о регистрации Банк России присваивает организации регистрационный номер, включает информацию о ней в общедоступный реестр операторов ПС.

Ст.13 Закона  регулирует взаимоотношения операторов электронных денежных средств и операторов связи в отношении средств физических лиц – абонентов оператора связи (ФЗ). Закон относится ко всем операторам связи, имеющим право самостоятельно оказывать услуги радиотелефонной подвижной связи, тогда как последняя версия законопроекта относилась лишь к операторам, присутствующим  «на территории не менее трех четвертых общего числа субъектов Российской Федерации». Таким образом, Закон узаконил возможность легитимного применения т.н. «мобильных денег» для абонентов всех российских мобильных операторов, а не только федеральной «тройки». Теперь оператор ЭДС  вправе по договору с оператором связи увеличивать остаток ЭДС физического лица — абонента такого оператора  связи  за  счет  его  денежных  средств. Притом абонент сможет перевести только те средства, которые были им  заведены на счет у оператора связи в качестве аванса за услуги связи. Ч.2 ст.13 запрещает оператору связи предоставлять физическому лицу – абоненту денежные средства в целях увеличения остатка ЭДС.

Согласно ст. 10 Закона, общий лимит суммы остатка ЭДС физических лиц составил 15 тыс. руб. для операций, производимых посредством неперсонифицированного электронного средства платежа (далее — ЭСП), 100 тыс. руб. для операций, производимых посредством персонифицированного ЭСП, либо  эквивалент  в инвалюте. Таков же лимит и для организаций: при его превышении оператор ЭДС обязан осуществить зачисление или перевод денежных средств в размере превышения на банковский счет юридического лица или ИП без его распоряжения (ч.9 ст.10 ФЗ). Лимит переводимых ЭДС с использованием  одного неперсонифицированного ЭСП в течение календарного месяца составил 40 тыс. руб.

В связи с ростом количества киберпреступлений и объема денежных потерь участников платежных трансакций, а также с учетом перегруженности отечественных правоохранителей и судов делами о компьютерных кражах средств со счетов, интересно изучить вводимый Законом порядок возмещения суммы по  операциям,  совершенным  без согласия клиента. Согласно ч. 11-16  ст. 9 ФЗ, в случае утраты ЭСП и (или) его использования без согласия клиента, обязанность (или отсутствие обязанности) оператора по переводу денежных средств  возместить клиенту сумму операции, совершенной без согласия клиента после получения уведомления, зависит от анализа следующих моментов:

— имело ли место информирование клиента оператором по переводу денежных средств о совершенной операции?

— имело ли место информирование клиентом оператора по переводу денежных средств об утрате ЭСП и (или) его использовании без согласия клиента (не позже дня т+1)?

— смог ли оператор по переводу денежных средств  доказать , что совершение операции  без согласия клиента обусловлено нарушением самим клиентом порядка использования ЭДС?

При обсуждении законопроекта на Рабочей группе при Комитете Госдумы РФ по  финансовому рынку мной высказывалось опасение, что данный  порядок (сравните его с презумпцией виновности утратившего свою ЭЦП клиента банков, установленной Гражданским кодексом РФ и Федеральным законом об ЭЦП!)  приведет к шквалу киберпреступлений  в адрес ЭПС и их клиентов, причем настоящих жертв киберпреступников трудно будет отделить от мнимых, вовремя заявляющих об утрате ЭСП, но находящихся в сговоре с преступниками. Однако операторы рынка могут справиться с проблемой путем ужесточения договорной базы, вводя презумпцию ответственности клиента за утрату ЭСП в свои оферты… Отчего, впрочем, клиентам не станет легче, а кибермошенникам — труднее. Налицо не решенная на данном этапе законодателем и практикой проблема.

Через 90 дней после опубликования Закона вводятся в действие статьи Закона, регулирующие деятельность оператора по переводу  денежных средств, оператора электронных денежных средств, банковского платежного агента (субагента), порядок оказания платежных услуг, порядок использования электронных средств платежа. Через 180 дней после опубликования закона вступает в силу регулирование порядка осуществления перевода денежных средств. Через 1 год после опубликования закона — требования к деятельности оператора  платежной  системы и оператора  услуг  платежной  инфраструктуры, положения по надзору и наблюдению в национальной платежной системе. Через 18 месяцев — регулирование порядка использования ЭСП.

Одновременно с принятием Федерального закона об НПС был принят Федеральный закон РФ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О национальной платежной системе». Изменения затронули 20 Законов и Федеральных законов РФ. Советуем обратить внимание на изменения, внесенные в Налоговый кодекс РФ и Федеральный закон «Об исполнительном производстве». Данные нормы регулируют порядок обращения взыскания на остаток электронных денежных средств  и  дают право налоговым органам приостанавливать их переводы при использовании персонифицированных и корпоративных ЭСП.

По нашему мнению, Закон в процессе доработки перед принятием освободился от положений, которые могли ограничивать добросовестную конкуренцию и вызывали обоснованную критику. Вступивший в силу Закон носит в целом позитивный, технологически и регуляционно нейтральный характер, вводит для игроков рынка комплекс обязательств, соразмерных предоставляемым возможностям по извлечению дохода, при этом давая рынку переходный период для адаптации к нововведениям.

(Всего прочитано 85 раз, из них 1 посещений сегодня)
0